Мы продолжаем проект, приуроченный к празднованию десятилетия Областного центра реабилитации инвалидов – беседуем с работниками ОЦРИ, которые трудятся здесь с 2008 года.
Сегодня мы разговариваем с инструктором по труду Натальей Юрьевной Чернышовой, чьим талантом я лично восхищаюсь. Вы только посмотрите на ее кабинет – не швейная мастерская, а сказочный мир с игрушками, разноцветными лоскутками, пяльцами и лентами.
– Наталья Юрьевна, расскажите, пожалуйста, как так получилось, что 10 лет назад вы пришли в Центр с трудовой книжкой?
– Получилось это случайно. Мое предприятие переехало. Я стала искать работу рядом с домом. В детском саду, куда ходили наши дети, Лариса Федоровна Татаринова рассказала мне об Областном центре реабилитации инвалидов. 5 мая 2008 года я приступила к обязанностям инструктора по труду.
– Получается, что вы первый инструктор по труду Центра?
– Не совсем. Мы пришли одновременно с Натальей Ивановной Третьяковой, но у меня запись в трудовой книжке от 5 мая, а у нее – от 9-го. Не знаю, почему, может, она книжку позже принесла. Начинали мы вдвоем, потом Алевтина Васильевна Задорожная пришла. Мы все работали в этом кабинете.
– Не страшно было пойти работать в организацию, где еще ничего нет?
– Страшно. Мы не знали, что будет, как это будет и чего ожидать. У нас ничего не было, кроме швейных машин, ни ниток, ни кусочка ткани. Что из дома принесем – с тем и работаем.
– А кем вы раньше работали?
– Первое образование у меня швейное. На последней работе я была дизайнером вышивки. Было очень интересно, не ушла бы, если бы предприятие не переехало.
– Вы до Центра с инвалидами встречались?
– Нет. Как в омут с головой, окунулась в другую сферу. Для меня было совсем не понятно, что такое социальная реабилитация. Даже сейчас, спустя 10 лет, остаются вопросы.
– А у вас не было неприятия инвалидов?
– Нет, люди все хорошие, добрые. Инвалиды такие же, как мы, в принципе ничем от нас не отличаются, разве что диагнозами.
– Но они же разные, кто-то плохо видит, кто-то не слышит.
– Да, конечно, но и мы все с вами разные. К каждому нужен подход. Главное в нашей работе, я считаю, – это терпение и уважение к человеку.
– Вы исключали людей с занятий?
– Нет, я такого позволить себе не могу. Я работаю с клиентом до конца. Если человек ко мне пришел, то я постараюсь сделать все возможное, чтобы ему было комфортно, удобно, хорошо.
– Как вы придумывали технологии? Откуда брали?
– Поначалу мы не знали, чем вообще можно заниматься с инвалидами. Начинали вводить технологии, исходя из их интересов. Мы и сейчас так поступаем. Воплощаем то, что интересно нашим клиентам. Тогда у нас были только машинки, поэтому мы шили, в первую очередь, кухонную утварь.
– А сколько у вас сейчас технологий?
– Честно, я не подсчитывала, их очень много. Самой большой популярностью пользуются вышивка лентами, чулочная технология и лоскутная техника.
– Насколько сильно Центр изменился за 10 лет?
– В работе с клиентами практически ничего не поменялось, но вот так, конечно, Центр разросся, стал больше, в чем-то стал интереснее для клиентов. Я думаю, он будет и дальше расти, развиваться в нужном направлении. Наши клиенты и так здесь чувствуют себя хорошо, почти, как дома, но уверена, будет еще лучше.
– Меня рукоделие раздражает. Что это? Я просто не нашла свою технологию или есть люди, как я, которым не дано?
– Неумелых людей нет, человек может освоить буквально все. Главное, было бы желание. Людей, которые к нам приходят, подстегивает интерес и заболевание. Кому не интересно творчество, сюда не заглядывают.
– Почему для инвалидов важна трудовая реабилитация? В чем ее соль?
– Реабилитация, я считаю, должна приходить через труд, любой труд. Наша работа в данном случае – подобрать для людей с инвалидностью хобби. Им трудно устроиться на работу, поэтому очень важно найти дело по душе, реализоваться через творчество. Каждый человек должен заниматься чем-то. И мы в этом им помогаем.
– Есть примеры?
– Да, очень много случаев, когда клиенты приходят к нам и благодарят. Одна женщина рассказывала, что только через рукоделие вывела себя из депрессии. Когда руки заняты, в голову реже приходят разрушительные дурные мысли.
– А есть те, кто ходит на ваши занятия из года в год?
– Да, есть такие. Есть даже те, которые в том числе из-за нашего отделения оформляют документы на курс реабилитации в ОЦРИ.
– А бывает, что клиенты вас учат?
– Не сказала бы, что учат, скорее озвучивают просьбы. Технологии в том числе внедряются из пожеланий наших клиентов. Мы развиваемся с учетом потребностей людей, проходящих у нас реабилитацию.
– 21 век – это время машин. В принципе можно больше не рукодельничать, но, глядя на вас, я понимаю, что это не так. Ручной труд никогда не уйдет?
– Я считаю, что и он не должен уходить, наоборот – должен развиваться. Машина все делает за вас, там никакого интереса нет. Мне кажется, чем больше мы работаем своими руками, тем меньше у нас проблем со здоровьем.
Вера Золотарева
