«Я была единственным диабетиком в школе, а теперь нас всё больше». История обладательницы медали Джослина за 50 лет жизни с сахарным диабетом

У нас мало кто знал, что такое диабет. Когда мне было около семи лет, я училась в первом классе обычной школы в городе Арамиль недалеко от Свердловска. Я тогда серьёзно переболела корью и, скорее всего, сахарный диабет развился на этом фоне. Но у нас в городе тогда мало кто представлял, что это за болезнь, и сначала врачи предположили, что у меня проблемы с почками. Только в Свердловске мне поставили верный диагноз и сразу посадили на инсулин. Хорошо помню, как мы приехали домой, и мама, стараясь не показывать волнение, сказала мне: «Ну, что ж, будем теперь делать укольчики». Было страшно, но я согласилась.

Мама бросила работу ради меня. Она работала в больнице, но решила, что теперь должна ухаживать за мной. Каждое утро мама провожала меня до школы, а после занятий встречала. Знаете, она всегда повторяла мне, что я ничем не отличаюсь от других ребят. И я чувствовала, что это так. Когда мы всем классом ездили в театр или играли в Зарницу, бегали в лесу, мама всегда была вместе со мной. У неё всегда с собой были бутерброды, конфеты или просто хлеб, чтобы вовремя мне подсунуть. Следила за каждым моим шагом. Она посвятила мне всю свою жизнь.

 

Однажды меня увезли из школы на скорой. У меня сильно упал сахар, а в больнице почему-то решили – раз она делает уколы, значит, нужен инсулин. И мне сделали ещё одну инъекцию. Я была без сознания и меня с трудом привели в чувство.

Несколько раз мне становилось плохо на уроках, и учительница приводила меня домой. Со временем учителя научились обращаться с этой болезнью не хуже меня.

В школе ко мне всегда относились с пониманием. И педагоги, и повара в столовой. У меня была договорённость с ними – кормили без очереди и в любое время, которое мне подходит. Я могла выбирать подходящую для меня еду.

Я всегда строго соблюдала диету. Это сейчас вроде бы всё можно, только считай хлебные единицы и калории. А раньше я на гречке и овсянке жила. До сих пор мой идеальный завтрак – это каша и что-нибудь белковое, котлета или тефтели. Только мясо обязательно нежирное.

Я не помню, чтобы были какие-то срывы. Нельзя – значит, нельзя. Но хорошо помню, как появились первые конфетки на заменителе сахара. У нас на Урале таких ещё не было, но наша знакомая присылала их из Киева. В маленьких коробочках. Я одну конфетку разрезала на несколько частей, чтобы надолго хватало.

Сейчас для меня главное в питании – не злоупотреблять вредной пищей.

Я родом из каменного века диабета. Не было ни глюкометров, ни продлённого инсулина. Каждый раз перед уколом мама кипятила шприц. Получалось раза 3-4 в день перед каждым приёмом пищи. Были большие толстые иголки, но иногда нам удавалось достать маленькие, которыми делали прививки грудничкам. А если куда-то ездили, то брали с собой что-то вроде колбочки-стерилизатора. Наливали спирт и держали там шприц.

Сахар измеряли нечасто. Если мама видела, что я как-то не так себя веду, она просила меня сходить на горшок, и потом кипятила мочу на конфорке. Добавляла щёлочь и смотрела, как меняется цвет. Если сахар в моче был, то цвет становился коричневым.

Я мечтала стать медиком, но… Поняла, что не смогу учиться в Свердловске. Не справлюсь с болезнью. После школы я поступила в библиотечный техникум на заочное отделение, уезжала из дома только на сессию. Сижу в аудитории, а мама ждёт меня в коридоре. С бутербродом, конечно. Следила, чтобы я вовремя поела.

После учёбы я устроилась педагогом-библиотекарем в свою же школу. То есть вот уже 50 лет хожу одной и той же дорогой… Я ветеран труда, награждена знаком отличия «Почётный работник общего образования Российской Федерации», имею высшую квалификационную категорию. 

Книги – моё всё. Я несколько раз перечитала «Нетерпение сердца» Цвейга. О девушке, которая не могла ходить, была калекой, но в ней было столько любви к жизни, столько стремления жить ярко. Её история во многом перекликается с моей судьбой.

Я даже не знаю, как это – жить без диабета. Стараюсь не думать о плохом, но иногда спрашиваю себя: а что, если бы не диабет? Кем бы я стала? Как бы сложилась моя жизнь?

Может, всё к лучшему… Жизнь с диабетом требует огромной самодисциплины, мужества и жизнелюбия. Нужно быть строгой к себе, спортом заниматься, хотя бы иногда - лыжи, коньки, велосипед. Кем бы я была сейчас, если бы не эта болезнь?

У меня нет детей… Во времена моей молодости эндокринологи хором говорили – никаких детей, нельзя, нельзя, нельзя… Это сейчас, когда совсем другие технологии, современный инсулин, когда стаж небольшой и нет серьёзных осложнений, то врачи разрешают. Раньше всё было не так просто…

Но у меня есть любимые племянники, которые делятся своими радостями, невзгодами. Со всеми трудностями в школе они приходят ко мне.  Мы вместе ходим в походы, ездим на экскурсии. Они заряжают меня энергией, не дают скучать.

А ещё знаете, сколько у меня детей в школе! Да. Вся школа. Иногда встанешь утром – тут болит, там кольнёт, но думать об этом некогда, надо бежать ко звонку. А там уже и забудешь, что что-то болело. Недавно говорили с моим терапевтом, она всё повторяет: «Работай! Работай, пока работается». Так и живу.

В моей сумке всегда глюкометр, шприц-ручка и бутерброд. Иногда думаю, боже, сколько же можно вот так с этим таскаться?.. Но ведь иначе – никак. Хотя бутерброды, если честно, очень надоели…

И всё же я живу с чувством огромной благодарности. Моим родителям – за то, что научили меня бороться с трудностями и всегда говорили, что я такая же, как все. Когда я думаю о них, мне всегда вспоминаются слова из известной песни:

Мамы не стало три года назад и мне сейчас очень не хватает её поддержки, хотя я уже давным-давно не ребёнок… Мне 63 года, папе - 92, мы живём с ним и радуемся каждому дню, проведённому вместе.

Я благодарна врачам, с которыми меня познакомила судьба. До сих пор общаюсь со своим самым первым лечащим врачом и поздравляю её со всеми праздниками. Ей уже за 90 лет, и она всё время говорит мне: «Таня, держись. Ты молодец». Так уж вышло, что с каждым годом я всё больше удивляю докторов. Они спрашивают: «Какой у вас стаж диабета?» Говорю: «56 лет». Они поправляют: «Нет, не возраст ваш, а стаж болезни». Думают, ошиблась, не расслышала…

Благодарна государству. Мне выдают хороший инсулин. Плохо, что всего две упаковки тест-полосок, и этого не хватает. Покупаю ещё 5-6 упаковок в месяц. Но в целом – не жалуюсь.

Бесконечно благодарна Свердловскому диабетическому обществу. Часто бываю на их мероприятиях. И, знаете, смотрю на девчонок и мальчишек, которые играют, бегают, проводят самые разные акции, и не устаю радоваться за них. Это очень важно – чувствовать, что ты не один. Что о тебе заботятся.

Медаль Джослина помогла мне кое-что осознать. Всё-таки, чтобы прожить столько лет с этой серьёзной болезнью, надо уметь бороться. Эта награда символизирует триумф человека и медицины над заболеванием, это дань уважения медицинского сообщества тем людям, которые смогли прожить с диабетом много лет. Кто борется за свою жизнь. Диабет многое может отнять, к нему нельзя относиться легкомысленно. Надо сделать его своим союзником.

Когда я вернулась с медалью, директор попросила меня рассказать о своей жизни всем диабетикам школы. Я рассказываю и вижу, как у ребят горят глаза, особенно у мальчишек. Все были в восторге. Для них медаль – это так почётно. Когда-то я была единственным диабетиком в школе, а теперь, к сожалению, нас всё больше и больше…